Home

Advertisement

Customize
sblf
15 July 2009 @ 12:28 pm
Не могу удержаться.
По-моему, если не лучшее, что когда-либо пелось на русском языке, то точно в топе.
В отличие от коллег по цеху, Федя - музыкант и это очевидно.

 
 
sblf
15 July 2009 @ 12:49 am
Бек с Томом Уэйтсом.
Молодцы.
Беседуют.
http://beck.com/irrelevant_topics
 
 
sblf
13 July 2009 @ 09:40 pm


Самый лучший ИМХО кавер песни Тима Бакли - которую исполняли и Ред Хот Чили Пепперз, и Джордж Майкл, и Зис Мортал Койл, и Кокто Туинз (хотя может это их кавер - самый) и Дэйвид Грей и еще много кто. Вот меня удивляет это единство. Это хорошо, я считаю. Когда одни и те же песни звучат со стадионов на 100 000 людей и в клубах, где пара десятков. Отморозков (с)

АПД. И чего я пишу всякую фигню?
Лучше б делом занялся.
А в экран можно не пялиться.
Тока сначала чуть-чуть.
А потом идти под музыку делать чай.
Я сейчас так и сделаю.
Будет вкусно.
А когда я был юн, то мы однажды так долго квасили у одной девочки, у которой родители были на даче, что выпили не только все, что горело, но и весь чай.
Для меня это было сродни вселенской катастрофе.
Ибо дом без чая - это вообще не дом, а просто пространство из четырех стен, подлежащее проклятию.
И как только мы выяснили, что чая больше нет (равно как и денег, чтобы его купить), у всех мгновенно возникло желание сей дом немедленно покинуть и больше никогда в него не возвращаться.
Вот такая грустная история.
Но чай кто-то принес.
Засим.
 
 
sblf
12 July 2009 @ 02:38 pm
Я сказал: «Из всех животных
люди — единственные, кто краснеет, смеется, верит в Бога, объявляет войну и целуется губами. Следовательно, чем больше мы целуемся губами, тем больше в нас человеческого». — «И чем чаще объявляем войну?» Тут уже мне пришлось промолчать.

http://lib.rus.ec/b/156665/read
 
 
Current Music: Блю Роузес
 
 
sblf
12 July 2009 @ 02:18 pm
http://community.livejournal.com/i_am_rare/827351.html

Мне вот иногда - временами - кажется, что в этом мире случается что-то лучше, чем фолк с девичьим вокалом. Но когда встречаются такие пластинки, все сразу становится на свои места.
Обратно.
 
 
Current Music: Блю Роузес
 
 
sblf
12 July 2009 @ 12:36 am
Туда же



It's not
What you thought
When you first began it
You got
What you want
Now you can hardly stand it though,
By now you know
It's not going to stop
It's not going to stop
It's not going to stop
'Til you wise up

You're sure
There's a cure
And you have finally found it
You think
One drink
Will shrink you 'til you're underground
And living down
But it's not going to stop
It's not going to stop
It's not going to stop
'Til you wise up

Prepare a list of what you need
Before you sign away the deed
'Cause it's not going to stop
It's not going to stop
It's not going to stop
'Til you wise up
No, it's not going to stop
'Til you wise up
No, it's not going to stop
So just...give up
 
 
sblf
12 July 2009 @ 12:09 am
Любимая песня из любимого фильма.
Самого доброго.




You look like... a perfect fit,
For a girl in need... of a tourniquet.
But can you save me?
Come on and save me...
If you could save me,
From the ranks of the freaks,
Who suspect they could never love anyone.

'Cause I can tell... you know what it's like.
A long farewell... of the hunger strike.
But can you save me?
Come on and save me...
If you could save me,
From the ranks of the freaks,
Who suspect they could never love anyone.

You struck me dumb, Like radium
Like Peter Pan, or Superman,
You have come... to save me.
Come on and save me...
If you could save me,
From the ranks of the freaks,
Who suspect they could never love anyone,
Except the freaks,
Who suspect they could never love anyone,
But the freaks,
Who suspect they could never love anyone.

Come on and save me...
Why don't you save me?
If you could save me,
From the ranks of the freaks,
Who suspect they could never love anyone,
Except the freaks,
Who suspect they could never love anyone,
Except the freaks,
Who could never love anyone.
 
 
sblf
11 July 2009 @ 10:26 pm
Умираю с утра.
Даешь хоругвью по Крыму!
http://vadimb.livejournal.com/139086.html
 
 
Current Music: ДОДОЗ, Тайм ту Дай
 
 
sblf
11 July 2009 @ 01:10 pm
Слушаю новый альбом ДОДОЗ.
Замечательный.
Называется Тайм ту Дай.



 
 
sblf
Отличное интервью с Караксом. Надо срочно все пересмотреть.
Спасибо [info]grazdanochka 
http://www.afisha.ru/article/4941/
И убиться очень хочется.
 
 
sblf
08 July 2009 @ 12:19 pm
А у меня есть шансон ТВ.
Вот такая прелесть там иногда.
Встречается.


 
 
sblf
07 July 2009 @ 03:30 pm


Боян, а приятно.
 
 
sblf
04 July 2009 @ 09:53 pm


Просто так.
Раз десять уже посмотрел.
Из любимого альбома.
По-моему, что-то как вершина и так далее.
Может6 я чего-то не понимаю?
 
 
sblf
04 July 2009 @ 11:22 am
Мальчик играл в шахматы. У него ужасно разболелась голова, потому что играл он не в своем клубе, таком родном и уютном, что рядом с домом, ну, пусть не совсем рядом, всего лишь две трамвайные остановки, но это ведь недалеко, а играл он далеко в Городе, в клубе, в который пришлось ехать - кошмар - на автобусе, где было много незнакомых мальчиков, а знакомых совсем не было, а тренер куда-то пропал, а мальчик, с которым он играл, был отвратительно конопат и играл французскую защиту за черных, а Мальчик терпеть не мог конопатых людей и еще больше он ненавидел играть белыми против французской защиты, прямо хоть с дэчетыре начинай, а в довершение всего рядом с клубом находился хлебозавод и от него нестерпимо несло запахом свежевыпеченного непонятно чего, отчего у Мальчика сводило внутренности и хотелось прийти на этот хлебозавод, ведь недалеко, и с разбегу прыгнуть на самую верхушку огромного, как в трех толстяках, торта и сидеть в нем долго-долго и забыть про конопатого мальчика, что с остервенением лупил по часам, про французскую защиту и вообще про все на свете.
Хуже всего во французской защите - это черный ферзь на апять, такой же наглый и самовлюбленный, как сидящий напротив конопатый орангутанг, как идиот Лужин, что сидел в школе прямо за спиной у Мальчика и ... ну, много чего, но Лужин идиот, поверьте мне, ладно, что он достает меня, но он достает и Катю, что сидит слева от меня у окна, а если бы Вы видели Катю, то Вы бы поняли, что Лужин идиот, потому что когда Катя наклонялась над тетрадкой по математике, то мир для Мальчика переставал существовать, а особенно если это было уже на последних уроках и в окно, что слева от Кати, светило солнце и тогда мочка Катиного уха была совсем розовой и прозрачной, и на нее свешивалась такая, знаете, прядка, а Лужин... - а Лужин идиот. Поверьте. Но ферзь на апять идиотом не был, и Мальчик это чувствовал, и пешки слева это тоже чувствовали. "Мальчик" - говорили пешки - "мы боимся эту жирную черную тварь. Она вселяет в нас самые худшие предчувствия. Ты должен что-то сделать." Мальчик знал, что он должен что-то сделать, но что он мог сделать? Мальчик был в очках, правое стекло было, как всегда, разбито (разбивалось всегда почему-то правое), но недавно, потому что на нем была всего одна продольная трещина, отчего весь мир, включая ферзя на апять и конопатого гамадрила, разбивался на достаточно неправильное количество частей, которые Мальчик не мог посчитать, да, честно признаться, ему не особенно и хотелось. Обычно сначала оно разбивалось на две части, потом, через несколько дней, появлялись новые полосы, которые шли как вдоль, так и поперек, в результате чего мир вокруг принимал совершенно непонятные очертания, а потом осколки начинали угрожающе шататься и тогда мама мальчика, такая большая и добрая, которая часто вздыхала и пекла неимоверно вкусные пироги с корицей, брала очки в свои теплые руки и несла в оптику. Из оптики они возвращались, сияя неправдоподобно прозрачными линзами и Мальчик был счастлив, потому что мир вокруг начинал громко заявлять о своей целостности, и это было прекрасно, но, к сожалению, как все прекрасное, длилось недолго, ибо мир в своем совершенстве очень далек от шахматной доски, а Лужин, как я уже упоминал, идиот.
Ферзь на апять сидел плотно. Воняло булочками. Конопатый гамадрил что-то ел, крошки сыпались ему на грудь, а в довершение всего к нему подошел его товарищ и они болтали, мешая Мальчику сосредоточиться. Мальчик хотел навалиться на эфсемь, в другое время он так бы и сделал, но болела голова, болел живот, да и ферзь на апять стоял так, словно прекрасно знал про эфсемь, но выглядел от этого еще чернее и самоуверенней, и все это сбивало мальчика с панталыку, и он хотел домой, к теплой маме, к теплым пирогам с корицей, к настольной лампе, что светит таким теплым желтым светом и можно читать Марка Твена и забыть о конопатом гамадриле, об идиоте Лужине, о троллейбусах, а думать только о том, как было бы чудесно заблудиться с Катей в пещере, а потом, разумеется, выползти на поверхность, щурясь от непомерно яркого солнечного света.
Все? Ничья? Нет, нет, зачем ничья? Я хочу на эфсемь, я хочу домой, я хочу, чтобы у Кати все было хорошо, а ничья - зачем ничья? Ферзь, конечно, отвратителен, но ничья - нет, не ничья! Чья. Отложить? Все? Хорошо. Завтра. Тетрадка. Спасибо.
Пальто, школьный ранец - прямо с уроков - шапка. Варежка. Обидно.
Мальчик совсем не знал этого района. В отличие от района, где он жил, где было много людей, высоких домов и трамваев, здесь все было горазо ниже и тише. Поэтому ферзю на апять так уютно - подумал Мальчик.
Мальчики. Незнакомые. Копеек? Каких копеек? Знаете, мальчики, у меня нет копеек. Но у меня есть отложенная партия, правда, там омерзительный ферзь на апять, но это ничего, потому что эфсемь я обязательно вскрою, ведь у меня первый разряд, а еще у меня есть Катя, Вы бы только видели Катю, и еще мне так не нравится этот ваш хлебозавод!
Разбитый нос ничего, только вот затылок болит, потому что шапка упала, прежде чем затылок треснулся об лед (зимой почему-то всегда лед), она всегда падает, мама говорит, что надо завязывать, я обычно завязываю, но только вот почему-то когда завязываю, так ничего и не происходит, а как один раз не завяжу, так сразу какие-то неприятности. Но хуже всего - это очки, потому что хлебозавод опять треснул пополам и усмешка ферзя стала тоже какой-то чрезмерно ехидной. Может, и правда начинать с дэчетыре? Там, конечно, тоже много всякой дряни, но по крайней мере нет французской защиты с этим ферзем на апять.
Очень скользко. И много снега. Мальчик не любил снега, потому что снег был непочтителен и лез за шиворот, а еще налипал на ботинках, но самое худшее - он залеплял очки, а протирать их было очень непросто, потому что стекло норовило рассыпаться, и нужно было все делать очень осторожно, а делать что-то осторожно Мальчик очень не любил.
Проспект. Широкий. Он уходил влево. С левой стороны стояли высокие квадратные здания, в которых горели окна. Много окон. С правой стороны домов не было, но было непонятное, похожее на черепаху здание, Мальчик знал, что это Дворец Спорта, потому что однажды папа привез ему из командировки набор открыток, где были изображены Дворцы Спорта из разных городов и все они были примерно одинаковые, лишь некоторые были чуть более омерзительны, чем другие, но не намного. Мальчик терпеть не мог подарков, которые папа привозил ему из командировок, но папа все равно их привозил и приходилось брать. Хорошо, что мама никогда никуда не ездила, а только сидела на кухне, смотрела в черное окно, а когда Мальчик подходил, то гладила его теплой и мягкой рукой по голове и спрашивала, не хочет ли он кушать. Мальчик кушать не хотел, но очень хотел посидеть рядом с мамой на ее маленькой кухне, и поэтому он садился и ел жареную картошку.
Автобус. Не подскажете? Не помню. Девяносто... не помню. Да, туда. Спасибо. Влезем ли? Влезем.
Мальчик очень любил прижиматься лбом к замороженному стеклу. Если так немного постоять, а потом убрать лоб, то на окне оставалось полупрозрачное пятно, а если его еще чуть-чуть поскрести ногтем, то становилось все совсем хорошо видно и можно было разглядеть надписи Молоко и Хлеб, а еще Консервы и Колбасы. Еще можно было разглядеть черного цвета людей с авоськами, кучи грязного снега вдоль улицы, милиционеров и какой-то храм, про который говорили, что это спортзал. Мальчик был рад наблюдать жизнь, но сверху, как, впрочем и с боков, на него давили люди, они были большие и пахло от них - омерзительно - мокрой шерстью, и мальчик начинал снова чувствовать себя беззащитным перед злобной и противной черной рожей ферзя на апять, который был при этом конопат, засыпан хлебозаводовыми крошками и от которого надо было обязательно защитить Катю, но Мальчик не знал, как это сделать, потому что очки его были снова разбиты, папа в командировке, а Лужин - идиот.
Выходим? Да, здесь. Да, спасибо. Осторожно, скользко.
Ранец постоянно предательски съезжал куда-то к коленям, отчего двигаться было непросто.
Ой. Мне не сюда. Я не здесь.
Большой проспект с большим зданием. ГУМ. Гумгумгум - издевался ферзь. Гумгум. Есть хотелось все больше.
Лучше обратно. Дворец Спорта я знаю, я видел его на открытке. Он только немного отличается от вильнюсского (кажется) и вообще - там я был. Там, правда, очень воняет хлебозаводом и ферзь, но ведь я туда приехал, значит, смогу и уехать.
Вот. Да, сюда, спасибо, я же вижу Дворец Спорта, он же такой же как в Вильнюсе, а в Риге вот совсем другой, мальчик знал про Ригу, потому что бывал там у бабушки и ему очень нравилось кормить чаек прямо с руки из окна бабушкиной кухни на шестом этаже, когда они парили в воздухе. Выхожу ранец держу спасибо. Он, знаете, тяжелый, потому что я из школы дома еще не был и очень хочу есть, а дома пироги с корицей - знаете, как пахнет корица? Между прочим, американцы почему-то во все сыпят корицу, и в кашу, и в мясо и вообще. Вот просто берут, черпают ложками и сыпят. Да-да. Дети гор.
Теперь проспект уходил вправо, здания светились напротив, а рядом был Дворец Спорта, что совсем не такой, как в Риге. Было темно, холодно и снег. Ферзь скалился, но Мальчик старался не бояться ферзя, а думать о Кате, о Гекльбери Финне и об учителе математики с идиотской фамилией Туртурро, которого все ученики почему-то называли Пак, хотя на Пака он был совершенно, по мнению мальчика, не похож, хоть Мальчик и понятия не имел о том, кто такой Пак.
Река. Совсем белая.
Мальчик не хотел в автобус. Он никуда не хотел. Из общественного транспорта он любил только трамваи, но трамваев поблизости совсем не было.
За рекой стояли домики, невысокие и игрушечные. Там обязательно должен ездить трамвай. Ведь не может же он не ездить мимо таких красивых домиков со ставнями, внутри которых обязательно пахнет пирогами с корицей, а под красивым желтым светом в мягком кресле так уютно можено читать "Морского волка" и еще что-нибудь о том, как другим людям тоже было холодно и неуютно. Надо идти - подумал Мальчик. По белой реке. Белой-пребелой. Топ-топ. Неуютно.
Что неуютно? Почему неуютно?
Белое.
Белое - плохо.
Мальчик шел и понимал, что только белое - это неправильно, что дожно быть и черное, много черного, ровно столько же, сколько и белого, но черное было только наверху, наверху все было черное, там был черный ветер, на ногах не стоит человек, а выдувала его скабрезная рожа черного, и тем не менее почему-то конопатого ферзя, и выдувала она его много, даже слишком много, но ферзю было уютно, потому что стоял он на апять, а кто достанет его на апять? Если бы он сделал ошибку и встал на другое поле, то все бы можно было бы еще исправить, но Мальчик уже знал, что в этом мире никто, кроме него самого, ошибок никогда не делает, и не сделает, и надо будет всегда терпеть идиота Лужина, а ведь так хочется, чтобы Катя чаще смеялась, потому что когда она смеется, у нее морщится лоб, а это замечательно.
Черная клетка. Наконец. Мальчик рассмеялся. Это же так просто: апять - это ведь черное поле! Значит, он там! Только руку протяни!!!
Ведь бывает же так, что мир начинает петь? Когда мальчики и девочки вдруг понимают что-то такое, от чего их перестают беспокоить и Лужины, и дебильные папины подарки и даже конопатый черный ферзь и путь домой кажется простым и понятным, потому что вон за тем углом обязательно должна быть трамвайная остановка, ее там просто не может не быть, а на ней обязательно стоит трамвай номер пять, он просто не может там не стоять, потому что прекрасная золотозубая принцесса за штурвалом знает, что Мальчик сейчас подойдет, и не едет, хотя граждане уже возмущаются, но трамвай номер пять ходит редко и Мальчику надо попасть именно в этот, потому что надо поскорее приехать домой есть пироги с корицей и рассказать маме, как он съел ферзя и ферзь ему уже больше ничего никогда не сделает и папа приедет из командировки и привезет что-нибудь очень нужное, чем можно будет поделиться с Катей и - почему бы и нет? - может быть даже и с Лужиным, хоть он и идиот...
Черная клетка. Апять.
Сердце было высоко. Почему кричат люди? Сейчас, сейчас. Сееейчааас (Ленский).
Ферзь все понял. Моментально скукожился и уполз туда, куда уползают ферзи, когда Мальчики начинают Все понимать. Ветер стих. И Мальчик засмеялся, потому что ему наконец-то стало тепло.
 
 
sblf
02 July 2009 @ 07:13 pm


Хехее.
Просто тут Примал Скрим в Варшаву едет - вот я и страдаю.
Ибо не попадаю.
Близок локоть, как говорила в свое время Альдона Павловна, моя незабвенная учительница по русскому языку и литературе.
А с Роби, видать, не так все и плохо.
 
 
sblf
01 July 2009 @ 09:54 pm
Супруга на дачу с дитями свинтила.
Черникой питаюсь.
Сплю много.
Смотрю Телевизор.
Без звука.
Занятно.
 
 
sblf
http://www.bbc.co.uk/russian/russia/2009/06/090624_kadyrov_ingushetia.shtml
Кадыров обещает отомстить за Евкурова по законам гор.
Какая романтика!
Когда я в школе в первом классе увидел в программе пятого класса поэму "Мцыри", то вплоть до этого самого пятого класса был уверен, что сие есть множественное число от слова мцырь. Так и представлялось - ходит такой мцырь по лесистым кавказским горам, в зубах кинджал, под ним глубокое ущелье, на дне которого шумят, обнявшись словно две сестры, струи Арагвы и Куры и все такое прочее. И глаз у того мцыря остер, как у орла, и не уйдут от него мундиры голубые, и принесет он скальпы их (мал был я все же) к ногам прекрасной царицы Тамары и посмотрит на него Тамара глазом черным аки уголь, да так, что кинджал в ножнах задрожит и конь вороной присядет, но мцырь сей взор выдержит и лишь склонится в поклоне гордом.
Вот и сейчас - стоит поди, наш герой, обнимает за холку любимого коня вороного, а в глазах - слеза скупая. Постоит он так, ничем бурю чувств своих горских не выдавая, а потом повернется к дружине верной, что как сваи стоят, и посмотрит сурово. Ничего наш мцырь не скажет, да дружина и без слов поймет. Растворится во мраке да и пойдет ей одной ведомыми тропами на бой последний, на бой кровавый, без которого конституционный порядок нам только сниться. И долго будет им вослед смотреть Кадыров, трепля по холке любимого коня...
 
 
sblf
23 June 2009 @ 03:29 pm
А в Туреччине хорошо.
Душевно.
Мы были в местечке Бельдиби, что чутка не доезжая до Кемера, если ехать на автобусе из Анталии - собственно, именно так мы и ехали. Знаете, как бывает - едешь, едешь и тут - ах! - из окна открывается такое синее-синее, а кругом сосны и начинает безудержно вонять крымским детством, и соловьиным садом, и Юлианом-отступником и тут наш гид в премерзком оранжевом галстуке сообщает душещипательную историю про парочку, которую завалило в горах камнями а посему необходимо прямо вот сейчас поднять вверх две руки и загадать желание, и оно обязательно сбудется, и все подымают и от избыка чувств плачут, и плачут, и плачут...
Отель наш заселен был исключительно руссо туристо - тут Вам и Омски, и Магнитогорски, и Калининграды и, прости Господи, Санкт-Петербурги разные.
К завтраку все одевали белые фраки и спускались в трапезную на Фуа-Гра и Круг Гран Куве. Я безуспешно требовал, ссылаясь на изжогу, Вев Клико, но метрдотель, эдакая рожа плутовская, сказывался больным и повторял лишь: ах, ах... Под музыку Дебюсси (особенно, знаете вот - Москоу нева слипс...) велись диалоги.
- А у вас?
- Ой, а у нас...!!!!!
- Фи, глупости какие! Пойдемте лучше чай пить!
- Сережа, покушай мяска! И отдай Маше мячик!
- Вот это - не находите? - прелестно! Попробуйте немедленно! Нет, я, право, требую!
Жена моя, она же мать моих детей, оказалась на поверку заядлой спортсменкой, ибо с утреца часик занималась йогой, после обеда - гидроаэробикой, а ввечеру - аэробикой обычной. Аниматорша смотрела на нее с недоверием, подозревая, очевидно, засланного для проверки казачка.
У детей выросли жабры. Доктор сказал, что это пройдет. Те недолгие минуты, что они проводили вне водной стихии, как правило уходили на выклянчивание мороженого (единственного продукта, что не был инклюзив) и ловли лягушек и ящериц - своих, земноводных.
Вход в воду премерзкий и камнями обремененный. Это есть нехорошо, а посему массы ныряли в воду с пирса.
Народ собрался опытный и предприимчивый - с утра все занимали лежаки у бассейна и шли на море. Там тоже все занимали. А как Вы думали? Даром мы, что ли, из Магнитогорска перлись?
Примерно так.
Еще были по вечерам представления, дискотеки (москоу нева слипс), много ракии (нечто среднее между абсентом и самбукой, взявшее наиболее мерзкие черты обоих вышеперечисленных напитков), смокинги к ужину, свечи и вечерние платья.
Качество белого вина меня вполне устроило.
А жареные на гриле кабачки - это венец кулинарии всех континентов.
Ночью - жарко. Включали кондиционер. Теперь все кашляют.
В-общем, примерно так.
Засим.
 
 
Current Music: Спанч Боб - мелочи не найдется?
 
 
sblf
22 June 2009 @ 11:19 pm
Восьмого июля в Познани Джейнз Эддикшн.
А двенадцатого августа в Варшаве- Праймал Скрим.
А у нас в квартире газ.
 
 
sblf
22 June 2009 @ 05:53 pm
Всем здравствуйте.
Я вернулся.
Отдохнул.
Посмотрел Телевизор (там все показывают)
Вам - дорогие - новое, ранее мною не виденное произведение украинской любимой эстрады:
Я персона ВИП, ВИП!
У меня есть Джип, Джип!
Обгоняю, подрезаю, все сигналят - Бип, Бип!





В отличие от страдающих синеоких белорусских дорофейных звезд, поющие украинские девы смотрят на жизнь проще и прагматечнее. Наверное, сие результат незатейливой политики местных властей.
Много впечатлений от Турции.
Как-никак, я там впервые побывал.
Вот уляжется все, расскажу.
Интересно.
 
 
Current Music: Спанч Боб - армия планктона
 
 
 
 

Advertisement

Customize